Стихи - хронология

 

 

 


 

 

 

Я когда-то в раю поживал

 

 Я когда-то в раю поживал.

 Я был счастлив, дням счёта не вёл,

 Но архангел мне грубо сказал:

«Собирайся, твой срок подошёл!»

 И родился на грешный я свет,

 И увидел мирские дела -

 Ничего там хорошего нет.

 Я был голый: в чём мать родила!

 

 И сейчас я не лучше одет.

 Я живу в нищете с голытьбой.

 Я для многих - бездарный поэт,

 А для многих - пророк и святой.

 

 Я родился в обычной семье:

 Мамка - в зоне, папанька - в бегах.

 И маманька, пока не в тюрьме,

 Вечно ходит домой на рогах.

 Мне совали перо под ребро

 Часто, с ранних младенческих лет.

 Скоро взялся я сам за перо,

 Но не убийца я стал, а – поэт.

 

 Я воспел эту жизнь без прикрас.

 Я глаза очень многим открыл.

 «Будоражил сознание масс»

 И в тюрьму, как отец, угодил.

 

 Но и там я не бросил писать:

 Я был тихий тюремный поэт.

 Скоро стали меня уважать,

 Скоро стал я там – авторитет.

 Только суки не дремлют и там -

 Настучали в момент, донесли.

 И волки к трём паршивым статьям

 Припаяли ещё две статьи.

 

 И мне вдвое накинули срок.

 Я был слаб, раздосадован, зол.

 Но вот щёлкнул железный замок:

 Собирайся, твой срок подошёл!

 

 И я вышел на свет из тюрьмы,

 И я вышел и мир не узнал:

 Разгулялись лихие умы,

 Пока я в лагерях отдыхал.

 Танки траками роют асфальт,

 Все скандируют: «Хунте хана!»

 И убогую эту мораль

 Воспевает блатная шпана.

 

 Кто когда-то свой срок отсидел,

 Научились капусту строгать.

 Вот и я взял гитару, запел:

 Надо ж как-то свой хлеб добывать!

 

 Лохотроны трясут фраеров.

 Кепки стали лужковские в моде.

 А один кинул всех - будь здоров!

 Как его? А, вот  вспомнил: Мавроди!

 Веря байкам врача Чумака,

 Мы к экранам тазы подставляли,

 А потом у кого-то рога

 Вместо новых волос вырастали.

 

 Я старался про всё написать.

 Наизнанку выкручивал душу:

 Не могу, не умею молчать!

 Лил бальзамом стихи свои в уши.

 

 Только вскоре случился наезд,

 Только вскоре случился наскок!

 Коль уж в люди братишка пролез,

 Так с братвой поделись, фраерок.

 Только я отказался платить -

 Был избит, покалечен братвой.

 С горя начал безудержно пить,

 В деревушке скрываясь глухой.

 

 Пальцы сломаны, руки болят,

 Не могу я ни петь, ни играть.

 Да какой я теперь музыкант:

 Мне и голос теперь не подать?!

 

 И когда мой черёд подойдёт,

 И уткнусь я коленьями в пол,

 Смерть мне тихо на ухо шепнёт:

«Собирайся, твой срок подошёл!»

 

                       28.07.1998г.